Само создание мифов было первым шагом человека к творчеству и к познанию самого себя. Постепенно из отдельных сказаний, зародившихся в различных областях греческой земли, сложились целые циклы о судьбах героев и покровительствовавших им богах. Все эти легенды, гимны и песни, исполнявшиеся странствующими певцами-аэдами, с течением времени объединялись в большие эпические поэмы...
МИФ О ПРОМЕТЕЕ
Когда-то давно люди не знали огня, не знали ремесел, жили в пещерах и ели сырое мясо.
Тогда миром правили боги, жившие на высоком Олимпе, сильные и красивые, всеведущие и всемогущие. Всего у них было в достатке. Они считали, что все блага должны принадлежать им одним. И не было у Олимпийцев соперников, кроме более древних властителей - титанов, порожденный Землей и Небом. Посланцем мира между богами и еще не поверженными тогда титанами был юный Прометей, сын вольнолюбивого титана Япета (Иапета). Прометей был наделен чутким сердцем и храброй душой. Прометей с жалостью взирал на людей, страдающих от холода, болезней и невежества. И решил облегчить им жизнь, вопреки воле богов.
Как вестник мира Прометей поднимался на Олимп с жезлом в руке. Но однажды он пришел с похожим на жезл полым тростником. Незаметно положил в росник тлеющий уголек из очага богов. Он передал огонь людям и научил использовать его: научил готовить пищу, обжигать горшки и выплавлять металл.
Взглянул однажды Зевс на землю и удивился. Люди больше не бродили стадами, и жили семьями в хижинах и домах, овладели искусствами, и если бы не смерть, против которой они были бессильны, их можно было принять за богов. В ярость пришел Кронид, вызвал к себе своих слуг Силу и Власть. Понял он, кто даровал людям огонь и знание против его воли и без его ведома. И велел он приковать Прометея к скале на высокой горе Арарат. Вместе с ними отрядил он бога-кователя Гефеста.
Очень не хотел Гефест выполнять свое поручение, но Сила и Власть были неумолимы и следили за каждым движением бога-кузнеца. С тяжкими вздохами Гефест приковал цепями к скале своего друга. Но и этого было мало. Зевс приказал пригвоздить Прометея к скале несокрушимым железным колом. Гефест закрыл глаза и не глядя вбил острие в грудь Прометея.
Дрогнул титан, но ни один стон не вырвался из его уст. И только когда удалились мучители он закричал от боли и скорби. Но новые муки ждали гордого Прометея. Зевс послал своего Орла, чтобы тот каждый день прилетал на гору к прикованному пленнику и раздирал когтями его тело и клевал печень. Так как Прометей был, как и все титаны, бессмертен, за ночь страшная рана затягивалась и печень отрастала. На заре же над Кавказом вновь слышался шум гигантских крыльев. Орел опускался на Прометея, и его муки возобновлялись.
Долгие века страдал гордый титан Прометей, но муки его длились не вечно. Пришел час и его освобождения вместе с великим героем Эллады Гераклом.
Он пустил смертоносную стрелу, и орел, пронзенный, упал в бурное море. Принесся с высокого Олимпа быстрый Гермес. И Геракл стал через него просить у отца прощения Прометея. Сам Зевс забыл уже свой прежний гнев. Теперь держава его сильна, ничто не может поколебать ее, ничто не страшно ему. Да и правит он уже не как тиран, он охраняет государства, хранит законы. Он покровительствует людям и правде среди них. Согласился Зевс. Геракл разбил своей тяжелой палицей оковы Прометея и вырвал из груди его острие, которым пригвожден был титан к скале. Встал титан, теперь он был свободен. Кончились его муки. Так исполнилось предсказание, что смертный освободит его.
Но когда-то Зевс поклялся водами священной реки Стикс, что Прометей навечно будет прикован к этой скале. И чтобы не нарушить клятвы, он приказал Гефесту выковать из звена цепи, которой был прикован Прометей, кольцо и заключить в него камень с той самой скалы. И повелел Прометею никогда не внимать его. С тех пор носит Прометей на руке железное кольцо, в которое вставлен камень от той скалы, где терпел он столько веков невыразимые муки.
ПОДВИГ ГЕРАКЛА
Какие только напасти не сваливаются на род человеческий! Как-то в лес, что на берегу Стимфалийского озера в Аркадии, опустилась пара чудовищных птиц, оперенных бронзовыми перьями, с медными когтями и клювами. Размножившись с необычайной быстротой, они превратились в огромную стаю и за короткое время и обратили все окресности города едва не в пустыню: уничтожили весь урожай полей, истребили животных, пасшихся на тучных берегах озера, поубивали многих пастухов и земледельцев. Взлетая, птицы роняли свои перья, как стрелы, и поражали ими всех, кто находился на открытом месте, либо разрывали их своими медными когтями и клювами. Узнав об этом несчастии аркадян, Эврисфей послал к ним Геракла, будто бы на помощь, а на самом деле - чтобы погубить героя.
Трудно было Гераклу выполнить это поручение Эврисфея. Спрятавшись под раскидистым дубом, Геракл долго изучал повадки чудовищных птиц. Он понял, что ни одна стрела не пробьет их бронзового оперенья и уязвимы птицы лишь в тот момент, когда выкинут свои перья, а новые еще не отрастут.
На помощь ему пришла воительница Афина-Паллада. Она дала Гераклу два медных тимпана, выкованных богом-кузнецом Гефестом, и велела Гераклу встать на высоком холме у того леса, где гнездились Стимфалийские птицы, и ударить в тимпаны; когда же птицы взлетят - перестрелять их из лука.
Воодушевленный помощью, герой выбежал на открытое место и, ударив в тимпаны, поднял ужасающий грохот. Услышав такой оглушительный звон, птицы вылетели из своих гнезд, взлетели громадной стаей над лесом и стали в ужасе бешено кружиться в воздухе. Геракл поднял над головой щит, и посыпавшиеся сверху бронзовые перья не причинили ему вреда.
Как только свист падающих перьев утих, Геракл откинул щит и стал разить птиц не дающими промаха смертоносными стрелами. Часть хищников попадала на землю. Другие, в страхе взвившись к облакам, скрылись от глаз сына Зевса. Они улетели за пределы Греции, к далеким берегам Понта Эвксинского и больше никогда не возвращались в Аркадию.
Выполнив поручение Эврисфея, Геракл вернулся в Микены. Там его ожидал новый, еще более трудный подвиг...
СПАСЕНИЕ АНДРОМЕДЫ
Персей увидел скалу и у ее уходящего в волны подножья что-то белое, напоминающее очертанием девичье тело. Приблизившись, герой понял, что зрение его не обмануло. Там была прикована девушка необыкновенной красоты.
- Кто ты? - спросил Персей. - За что эта кара? Ничего не ответила дева. По ее бледным щекам потекли слезы. Персей опустился на скалу и увидел рядом одетых в траур мужчину в царской короне и женщину со следами красоты, почти уничтоженной горем.
- Спроси об этом меня, - закричала женщина, протягивая к Персею руки.- Это мой болтливый язык всему виной. Я, Кассиопея, гордилась своей красотой и хвасталась, что прекраснее всех. Мои безумные речи услышали нереиды и передали их Посейдону. А он наслал на нашу страну чудище, подобное исполинской рыбе. Стонами наполнилось царство моего супруга Цефея. И когда обратились к оракулу, он посоветовал, дабы умилостивить Посейдона, отдать чудовищу мою несчастную дочь.
Не успела закончить Кассиопея свою речь, как из воды высунулась огромная пасть с двумя рядами острых зубов. Гоня хвостом волны, зверь двигался к скале, где висела ни жива ни мертва Андромеда.
Со скоростью камня, выпущенного из пращи, сорвался Персей со скалы и опустился на спину чудовища. Увидев скользнувшую тень, зверь повернулся с удивительной быстротой и, подпрыгнув, сомкнул челюсти. Но Персей уже был в воздухе. Изловчившись, он нанес первый удар. Кривой меч вошел в бок чудовища до рукояти. Еще раз взметнулся зверь. Но герой, вновь избегнув его ярости, вонзил меч с другой стороны. Сандалии намокли в воде и держали юношу с трудом. Понесся Персей к скале и, ухватившись за ее вершину, по разил зверя вновь и вновь в пространство между чудовищными ребрами. Обмяк зверь и поплыл по окровавленной воде, как огромный надутый бурдюк. Бросаются к герою потрясенные пережитым царь и царица. Но Персей уже занят пленницей. Он вырывает из скалы вбитые туда медные клинья для оков и освобождает затекшие руки и ноги Андромеды.
- Вот ваша дочь! - сказал он родителям, протягивая пришедшую в чувство Андромеду.
- Ты ее спас,- произносит царь. - Она твоя, чужеземец. И пусть мои владения будут приданым.
В тот же день в царском дворце шумела свадьба, какой мир не видывал. Не было конца здравицам в честь героя с пожеланиями счастья молодым.
|